В самый разгар кутерьмы мост затрещал и в два счёта со страшным грохом рухнул на лёд.

ВНИЗУ БЫЛ ЗДОРОВЫЙ СУГРОБ, и мужчины, женщины, дети — все, о ком только беспокоиться можно, — упали будто на перины. Кому полны рукава снег набился, кто уткнулся в него носиком либо плечиком, а кое-кто так в него ушёл, только чихает да бранится. Про огонь и тушенье все, понятно, забыли.

— Это они ловко подстроили! — толковали потом соседи.

Но тогда они сгоряча никак перестать не могли, каждый норовил ещё какую-нибудь каверзу выдумать. Наконец Горшки и Поварёшки отошли каждые на свой берег, и начался великолепный бой снежками по всем правилам. Это было чудное зрелище! Многие толстячки со стороны Поварёшек действовали отчаянно. Пули сыпались градом, и не один удалец получил такой славный удар по уху — лучше не надо! Куба Кубикула с Кубулой смеялись, а остальные гоготали. Весёлый получился кавардак!

В конце концов за всё расплатились медведик с хозяином. Люди не любят, чтоб над ними такая зверушка смялась.

На одного императора взглянула раз кошка. И так как был он страшно некрасивый, лысый, а кошка прехорошенькая, она ухмыльнулась и покачала головкой. Древние историки говорят, что кошку звали Мур-мур. Будто у неё глаза искрились и хвост был длинный-предлинный. Но всё это ей не помогло. Императорский маршал, вмешавшийся в это дело, поднял тревогу и стал охаживать её своим маршальским жезлом, пока обули полк пехоты и оседлали коней, одели в мундиры и усадили в сёдла полк кавалерии. Но к этому моменту у маршала ослабела рука, и кошка стала ему отплачивать за обиду. Когда прискакала гвардия, бедняга успел получить двадцать девять царапин, но от последней — тридцатой — его спасли. Императорская летопись сообщает, чем кончилась история с несчастной Мур-мур.