Вот мы и думали, что пирюли-то он приготовлял… А так как доктора дознались, что они отравные, вредные, то мы и думали, нет ли тут чего… На адресе было ваше имя, вот мы и дали знать… А те, дураки, чорт знает чего натворияи!.." — "Да, говорю, ваше сиятельство, уж век не забуду!" — "Что делать! Дураки, невежи… а время-то, сами знаете, какое…" — "Да, говорю, время точно — не разбери бог!"… Н-ну тут я приободрился, да и спросил: "А где же, мол, ваше благородие, аптекарь-то мой?" — "А это, говорит, надо разузнать… Тут тоже, говорит, какая-нибудь ошибка вышла…" И стал он мне рассказывать: "Должно быть, вышла какая-нибудь путаница в канцелярии… Вот этому молодому человеку тоже фамилия Лаптев, и надо было его препроводить. А препроводили-то, должно быть, вашего аптекаря… Впрочем, все это разберется…" — "Ну а мне-то, говорю, как теперича быть?" — "А вы можете идти…" — "Совсем?" — "Совсем, куда угодно… Вышла просто нелепая ошибка!.."

— Н-ну, конечно! — с достоинством и как бы с облегченным сердцем сказал военный. — Разумеется!

— Да, — продолжал рассказчик, — ошибка, говорит! Ну, думаю, слава тебе господи! Подобрал полы — ночь на дворе была — прямо на машину да чрез город-то проклятый, закрывши лицо, на извозчике — прямо на хутор. И в дом-то даже не заезжал, да и сейчас жить неохота, перед богом говорю! Кабы кто купил, за свою бы цену отдал… Приехал на хутор, заперся на замок — ни работников, ни приказчиков, никого к себе не допускаю; даже и жену и семейство отделил от себя… Очувствоваться не могу, отдышаться не отдышусь и суставами-то не действую. Поем, лягу и сплю; поем и спать — только и охоты.

— На том и пошабашил? — спросил один из живорезов.

— Как же! Больно ты скор. Пошабашил!.. Ты слушай, что дальше будет…