Выдох.
Это был выдох свершившегося танца. Выдох любви, пережившей танец. Просто — выдох. Выдох крылатого руками Бога.
Выдох Бога Шивы…
Выдох…
…Это потом в нем, как всегда, спохватится писатель. Это потом писатель будет искать слова… Теперь же, по разумению писателя, творилось чудо.
Или колдовство.
И следовало очиститься, освободиться от всего лишнего, отпустить искрометные мысли и вернуть им назад порожденные ими эмоции.
Тем не менее, эта магия творилась его собственными руками. Парой тех самых рук, коими повелевал танцующий Шива.
2
Эта история началась в горах, что неподалеку от Тверии. Жена подбила подругу, а та — всю компанию, отправиться к пещерам Арбель. Ну не давали жене покоя эти пещеры! И каждый раз, когда автобус проносился по тверийской трассе, он наблюдал за тем, как не могла отвести от них взгляда Лика. Каждый раз у нее возникало желание взобраться на гору и войти в одну из пещер. Только в одну…
Но каждый раз автобус проносился мимо. А непонятое чувство, порождающее неосознанное желание, щемило сердце…
А после — тоска изматывала душу.
Тремя машинами компания въехала на небольшую низменность, образованную пропастью между горным хребтом и единственным утесом… Казалось, еще не затихли здесь прежние страсти. Той стоял у подножия утеса, словно бы сам порвал с грядой гор, будто оставил, бросил всех, удалившись в долину.
Моросил мелкий мартовский дождь, но это не мешало весеннему солнышку влюблено улыбаться энтузиастам.
Живописная долина заворожила всех.
Веселая компания зачаровано молчала. Слышались только протяжные выдохи, словно с души каждого был сброшен только ей ведомый камень.
Теперь же, пошли круги.
Небольшая арабская деревенька уютно разместилась неподалеку. Белый абрис в напряжении устремленного в небо минарета был обращен к долине. Казалось, здесь все пребывало в состоянии ожидания. И каждый, кто сумел прочувствовать это, невольно попадал в поле извечного ожидания, искрящегося напоминаниями о неких удивительных, давних и порядком позабытых событиях.