- Мы их, Оленька, не для истории пишем, а для начальства, - возразил Рагозин. - Дабы оно знало, что мы работаем, а не в шахматы играем.

- По-моему, в дежурства по ночам вы только этим и занимаетесь, неодобрительно заметила Ольга. - Лучше бы классику читали, не таким суконным языком пивали бы свои бумаги. Чуть не каждый день экстремальные ситуации, а читаешь, как вы о них пишете в своих рапортах, и плечами пожимаешь. Не описания мне нужны, а живые свидетельства, воспоминания участников, очевидцев.

- Зачем? - удивился Нилин. - Ну, был пожар, ну, потушили, чего еще?

- В самом деле, - поддержал Рагозин, - зачем? Кому интересно читать про рукава и гидранты?

- Слепцы, - сердито сказала Ольга, - тушилы песчастные! Вы когда-нибудь задумывались над тем, что о вашей работе никто ничего не знает? О моряках романы пишут, космонавтов прославляют, летчиков и полярников на руках носят, а про вас - что? Эстрада над вами хихикает, даже Аркадий Райкин, в кино из вас делают посмешище - усатый дядя спит, а вокруг него все горит, анекдоты сочиняют, сплетни разносят... Замкнулись в своем кругу, ничего, кроме пожаров, пожаров, пожаров... - Ольга вскинула голову. Знаете, что говорили про Деда? Что художник Зубов погиб из-за его трусости. Это наш Дед - трус! А о тебе, Вася, я сама слышала, что ты вместо того, чтобы спасать людей из скульптурной мастерской, полпожара просидел с Лешей в буфете и бесплатно дул пиво! Каково? Молва! А когда припрешь болтуна к стене, откуда взял, так божится, что слышал, "слухи такие ходят, а дыма без огня не бывает" - гнуснейшая поговорка в устах доносчика и клеветника!