Остановись сей же час, кому говорят!

Но грузовик проехал мимо и увёз людей с их добром в другой дом к другим соседям.

Кузька чуть не плакал:

- А всё машина виновата! Не могла остановиться, что ли? К другим соседи поехали.

А к нам жди-пожди - то ли дождик, то ли снег, то ли будут, то ли нет.

Наташе успокоить бы его, а она слова сказать не может, смеяться хочется. И вдруг она услышала:

- Эй, ты! Сюда заворачивай! Лети, лети к нам в гости со всеми чадами и домочадцами, с друзьями и с соседями, со всем домком, окромя хором!

Девочка посмотрела в окно: коробки домов, подъёмные краны, а над ними самолёт.

- Ты кого зовёшь?

- Его! - Кузька ткнул пальцем в небо, указывая на самолёт. - Давеча он так же летел, а я его подразнил. - Кузька смутился, покраснел, даже уши у него стали красными от смущения. - Я ему язык показал. Может, видела? Обиделся, поди. Пусть уж побывает у нас, олелюшечек отведает. А то скажет: дом-то хорош, да хозяин негож.

Наташа рассмеялась. Самолет к нам зовет, кормить его собирается!

- Вот чудак, да он же здесь не поместится.

- Толкуй больной с подлекарем! - развеселился Кузька. - Вот машину, которая нас везла, я в гости не звал, велика, в горницу не влезет. А самолёт - другое дело.

Сколько я их в небе перевидал, ни один крупнее вороны или галки на глаза не попадался. А этот не простой самолёт, обиженный Если тесно ему покажется, так ведь в тесноте, да не в обиде. А будешь надо мной смеяться - убегу и поминай как звали.

Самолёт, конечно, не откликнулся на Кузькино приглашение, а улетел, куда ему было надо.

Кузька долго-долго глядел ему вслед и грустно сказал:

- И этот не захотел к нам в гости. Крепко на меня обиделся, что ли...

ВОРОБЬИНЫЙ ЯЗЫК

Наташа решила больше не смеяться над Кузькой. Если маленькие чего не знают, на то они и маленькие. Вырастут - узнают. А Кузька - совсем маленький, хоть и в огромных лаптях. Откуда ему знать про самолёты?