Мария Тимофеевна (потушив свет). Это самый лучший подарок сегодня.

Губернатор (входя). Это что такое? Кто потушил свет? Кто здесь?

Ами р-Аслан. Я... Я... Тихум Ерисуич.

Мария Тимофеевна. Посмотри, Тома, что мне Амир-Аслан-бек преподнес. (Зажигает свет).

Губернатор. А-а-а, Амир-Аслан-бек... можно было подумать, что вы потушили свет с намерением поухаживать за моей женой.

Амир-Аслан. Но, но, не дай бог, Тихум Ерисуич. Она мне как мать и сестра. Будьте покойны на этот счет. От курда, как говорят, всего можно ожидать, кроме воровства.

Губернатор. Я курдов очень люблю. Смелый народ. Не будь их, Турция никак не справилась бы с этими армянами. Ужасный народ. Их избивали в Турции, а они тут собираются мстить.

С у л е й м а н-б е к. Ваше превосходительство! Во всяком случае мы, верноподанные его императорского величества и верные сыны великой российской империи, в деле процветания и благополучия нашей национальной действительности вправе ждать от вас помощи, обеспечения национальных прав...

Амир-Аслан (перебивая). Ну, положим, тут армяне ничего не смогут сделать... Только помахаю папахой и пятьсот маштагинцев подымутся, как один человек. Камня на камне не оставят. Если они имеют вражду с Турцией, то мы тут ни при чем. Турция себе особый царь. С ослом справиться не могут, по седлу бьют.

Губернатор. Не посмеют бить. Пока я жив, с головы мусульман ни один волосок не упадет.

Мария Тимофеевна. Тома, идем в другую комнату, к гостям. Амир-Аслан-бек, пожалуйста!

Губернатор. Мария Тимофеевна, вы не даете мне возможности хотя бы один вечер свободно провести в обществе своих искренних друзей.

С у л е й м а н-б е к. Весьма признательны, ваше пре-восходител ьство.

Губернатор. Сулейман-бек. оставьте официальности, зовите меня просто Тихон Елисеевич. Я хочу сегодня быть со своими друзьями, побеседовать с ними по-дружески и отдохнуть.