С а л а м о в (с места). Эге-ге...

Э й в а з. Против меня показывают двенадцать свидетелей полицейских. Они были очевидцами, но говорят неправду. Генерал-губернатора убил я один. И я признаю себя убийцей. А вы, прикрывшиеся под маской правосудия и судящие меня, разве вы сами не худшие убийцы? Скажите, кто убил Володина, Рахманова, Боадзе, Султанова, Еремяна? И кто судил их убийц? Если же их не судили, то почему? Все вы - убийцы. Вы - палачи. Уж близок конец вашей власти, которую вы защищаете с таким ожесточением. И скоро вы займете это место подсудимых. Тогда тысячи детей потребуют у вас своих родителей, убитых вами, тысячи матерей потребует своих сыновей, замученных вами. Фундамент вашего правосудия заложен в море невинной крови...

Председатель. Подсудимый, умерьте свой порыв и будьте сдержанны. Оскорбление правосудия особенной пользы вам не принесет. Выходит так, что вы действительно заклятый враг святого трона и великой Российской империи?

Э й в а з. Я в здравом уме и твердой памяти, я прекрасно понимаю, что говорю. Да, я враг вашему святому трону, плавающему в крови, я - враг вашему двуглавому орлу, пожирающему людей, я-враг вашему господству, держащемуся на штыках и пулеметах, я - враг вашим двуличным судам, угнетающим трудящихся и защищающим сильных мира сего. Казня меня, вы не спасете себя от гибели, к которой приговорила вас история. Я один из миллионов тех, кого вы так бесчеловечно угнетаете. Не сегодня-завтра эти миллионы поднимут головы и вдребезги разнесут ваш грязный трон. Я верю в это, как в самого себя...

Председатель (встает). Подсудимый, я вас лишаю слова.

Суд удаляется на совещание.

Сцена на минуту погружается во мрак. При новом свете председатель суда

читает приговор. Аудитория слушает стоя.

Председатель. Посему правосудие считает доказанным убийство Эйвазом Асрияном генерал-губернатора, а также принадлежность его, Асрияна, к организации мятежников и врагов монаршего трона и великой Российской империи.