Небольшой смех.

- Безусловно. С теми и с другими. Человек, как правило, остро реагирует на хамство, даже если оно обличено в корректную форму. Вернемся к нашей кривой. После пика - опять участок относительного равновесия. Кривая полого идет вниз, снова выравнивается, вступает в фазу спокойных колебаний... А вот опять резкий всплеск. Смотрите - подъем далеко за пределы среднего уровня...

- Может быть, - сощурясь, сказал Фонарин, - именно в этот момент субъект испытал особенное волнение? Может быть, ему была сообщена поразившая его новость? И не отрицательного, а положительного свойства? Например: "Вас выдвинули в члены Академии наук"?

- Не исключено. Но крутой подъем и сравнительно плавный спуск говорят скорее об отрицательной, чем о положительной окраске эмоционального толчка.

- Но какой-то толчок был? - настаивал Фонарин. Что-то змеино-неприятное шевелилось в его взгляде.

- Думаю, что был.

- Отлично, - оживился старик. - Володя, если нетрудно, введите пациента.

Шум в рядах, потом ждущее молчание. Появился черноглазый Володя, держа в руке ведро, из которого Торчала палка. На ведре крупными буквами было написано: "Для пола".

- Если это какой-нибудь фокус... - сказала я пересохшими губами.

- Это не фокус, - торжественно объявил Фонарин. - Вот он, ваш нервный, возбудимый субъект!

Он поднял кверху палку, на конце которой мокро болталась и обвисала грязная половая тряпка.

- Прошу всех хорошенько разглядеть субъекта, - обратился он к аудитории. - Представленная вам энцефалограмма была снята вот с этой тряпки; факт, зафиксированный в протоколе опыта... Вы это свидетельствуете, Володя?

Черноглазый Володя серьезно кивнул головой. Фонарин продолжал:

- Итак, все наблюдения, все тонкие соображения уважаемой Агафьи... виноват, Агнессы Тихоновны относятся к душевному состоянию этой вот грязной половой тряпки, которую любезно предоставила нам уборщица нашего этажа!