Когда проезжали хуторской улицей мимо жилья устроенного, налаженного быта, думал я о том, что ни один человек из совхозных работников земли не взял, в новое дело не пошел. А ведь Гришин у них на виду, на пригорке. Поля его отсюда хорошо видать: зеленый подсолнушек, кукуруза, бронзовеющее поле озимой пшеницы.
Может, именно поэтому, что - на виду?
На той же волгоградской земле почти у самого Дона - поля совхоза "Мариновский". Земля здесь много хуже - песок да суглинок. Другая земля, а вот жизнь та же самая - лето, год 1992, смутное время. Июль месяц. Уборка.
Судьба совхоза "Мариновский". Организован пять лет назад на месте глухого се-ла (150 работников да фермы-развалюхи). За эти годы много построено: 60 квартир, крытые тока, картофелехранилища, дороги. Механизировали фермы, удои намного выросли, люди пришли, теперь их 350 человек. В школе было 43 ученика, сейчас 120. Думали кирпичный завод поставить, заняться шубным делом. И ведь долгов у них не было до последнего времени. А потом, как по всей стране, обвал, переход на картотеку - и теперь уже вроде и не совхоз, а что-то принадлежащее Волго-Донскому судоходному каналу. Советское хозяйство рухнуло. Что впереди? А впереди то же самое - наша жизнь.
Амплеев Виктор Николаевич, механизатор, звеньевой арендного звена, один жизненный "обвал" оставил уже позади. Родился и вырос он в далеком казахстанском совхозе. Пришлось уехать.
- Русским там жизни не будет, - говорил он. - Сейчас еще Назарбаев их дер-жит, но худшее впереди. У нас сорок семей сразу уехало. Самые крепкие специа-листы.
Два года Амплеев живет в "Мариновском", получив квартиру, устроившись. Теперь вот новое испытание.