Город некогда был центром большого пограничного уезда, потом, уж в тридцатые годы, территорию уезда разрезали на пять районов и понизили его столицу до простого райцентра. Но город - он город и есть, особенно если один на несколько сот километров... А вот старинный каменный дом с полуосыпавшимися лепными цветами на стенах собес. Надо зайти бы, опять справиться насчет пенсии, но сегодня уже не успеть, да и заходила две недели назад, сказали - как обрубили: "Ничего в обход закона сделать не можем. Будет живой - получите, нет - так что делать... Не имеем права". Вообще-то так, но если, не дай бог, умрет, на что ж хоронить...

Автовокзал с виду - прямо дворец. Даже две колонны перед центральным входом держат бетонную плиту-козырек, а на козырьке тесной рощицей крепкие стволья полыни.

Да, грандиозное здание, а вот оказалось ненужным. Буфет прикрыли сперва на ремонт, но теперь, кажется, навсегда; туалет как сломался, так заколотили дверь гвоздями, вместо него построили деревянный сортир на улице. А прошлой осенью и кассы упразднили, и с тех пор три полукруглых окошечка вечно зашторены. Плату собирают сами водители, набивают автобусы до отказа. Раньше как было строго - только на сиденья продавали билеты, всё контролеров боялись, ссылались на технику безопасности, но зато автобус давали большой - "ЛАЗ" или даже "Икарус" (ох, настоящей автобусной специалисткой с этими поездками стала), теперь же неизменно - крошечный "пазик".

При посадке случаются ссоры, крик, бывают и потасовки среди мужиков; едут, как кильки в томате, обязательно кому-то плохо становится, детишек от тесноты и тряски тошнит... Писали, говорят, жалобы, к главе администрации даже пытались сходить. Везде вместо помощи дают понять, что, наоборот, благодарить должны, что вообще рейс этот не упразднен, как другие многие. "Убыточно", - говорят. А что значит убыточно? Билет до Большой Кои двадцать три рубля, а ехать пятьдесят с небольшим километов.