- Не горюй. Поживешь у меня... Еще прибежит за тобой... - И бабушка Божена ободряюще улыбнулась: - Он - добрый, только пьет много... Мой тоже, Царствие ему Небесное, - пил-пил - и... - она безнадежно мах-нула рукой.

- Я помню его, - сказала вдруг Нелли и встала из-за стола.

- Кого? - не поняла зеленщица. - Криса?

- Нет. Вашего мужа.

- Да Господь с тобой! - перекрестилась бабушка Божена.

Нелли прошлась по комнате.

- У меня такое ощущение, что я здесь уже была... - призналась она. Правда-правда! Только очень давно... Я узнаю каждую трещинку на стене, каждую щель в половицах... И вашего мужа отлично помню.

- Моего мужа!.. - недоумевающе повторила бабушка Божена.

Нелли на мгновение прикрыла глаза, словно прислушиваясь.

- В его имени... звенело лето... - прошептала она. - Его звали... - и выдохнула: - Августом!..

- Верно! - поразилась зеленщица. - Августином!.. - Она тоже поднялась из-за стола. - Чудеса! Может, что ещё припомнишь?.. Ну-ка, скажи, что за этой дверью? - она кивнула на одну из дверей в комнате.

- Чулан! - не задумываясь произнесла Нелли.

- Верно! - подтвердила бабушка Божена. - А в чулане?

- Чей-то портрет... - мучительно вспоминая, про-изнесла Нелли. Кажется... вашего художника...

- Точно! - вскричала зеленщица.

Она поспешила в чулан и после грохотанья старыми тазами вынесла на свет пыльный холст на подрамнике. Протерев его передником, бабушка Божена взволнованно сказала:

- Да, это он! Крис! Мальчишка-волшебник!..

На холсте Нелли увидела портрет неизвестного юноши.

- Подумать только, - сокрушалась зеленщица, - сколько лет прошло! Это была его единственная кар-тина, которая не ожила.

- Почему? - спросила Нелли.

- Кто знает!.. - задумчиво сказала бабушка Божена. - Может, оттого, что два Криса не могут жить на одном свете... А может потому, - горько добавила она, - что первого уже нет в живых... Кто знает!..