- Он жив... - сказала Нелли.

- Откуда тебе известно?

- Сама не знаю, откуда! Чувствую... Или вспоминаю... Не знаю!..

- О, Господи!.. - вдруг прошептала бабушка Божена и, обмякнув, опустилась на стул. - Глаза-то! Глаза!.. Как же я раньше в них не заглянула?!.. Ах ты, беглянка, летунья, шалунья! Здравствуй же!..

ФИРМА "СЧАСТЛИВОЕ ПЕРО"

Экипаж мэра Клариссы в несколько минут перекрыл расстояние от мэрии к дому Марка. Ни она, ни секретарь Филимон не заметили опрокинувшейся тележки бабушки Божены: во-первых, экипаж был закрытым, а во-вторых, и мэр, и её секретарь в мечтах о Птице Счастья витали высоко над городской суетой.

Филимон выпрыгнул из экипажа и галантно подал руку Клариссе.

- Так я и знала!.. - с горечью сказала она, взглянув на бедный дом чучельника. - Такая Птица - и в такой развалюхе!..

Филимон беспомощно развел руками, взбежал на крыльцо, поправил галстук и постучал в стеклянную дверь. Никто не отозвался. Тогда он толкнул её, и она открылась со звоном колокольчика.

- Прошу вас, - любезно сказал Филимон Клариссе, придерживая тугую дверь рукой.

Едва они очутились в мастерской, как с мансарды донесся пьяный голос:

- Это ты, Нелька?!..

- Это мы, господин Марк! - крикнул Филимон.

- Кто там?!.. - рявкнул голос чучельника.

- Э-э-э, мы... по поводу счастливых перьев... - начал было объяснять Филимон, как с мансарды раздалось:

- Пошли вон!.. Кончились перья!.. Были - да улетели!..

Гости переглянулись: они не привыкли к такому приёму.

- Эй, вы, господин чучельник! - заорал Филимон. - Немедленно спускайтесь сюда!..

- Заткнись, болван! - продолжал буянить невиди-мый Марк. - Я не желаю никого видеть!..

- Если вы сейчас же, ух-ух, не спуститесь, - казенным голосом сказал Филимон, едва сдерживая себя, - то я собственноручно спущу вас оттуда и прикажу, ух-ух, арестовать за оскорбление городских властей!..