Сидеть в такой час у растворен ного окошка, дышать свежим воздухом, чувствовать близкое присутствие прекрасной девушки - о, как это хорошо! Раз говор шел сначала очень вяло, но Цецилия беспрестанно под держивала его. Ее слова были растворены ласкою. Эйзенберг становился мало-помалу развязнее, и когда Цецилия предло жила ему идти в сад, то он даже осмелился подать ей легкий газовый шарф. Прогуливаясь по саду, они остановились перед грядкою нарциссов. Цецилия сорвала один. - Я знаю, что вы живописец, - начала она. - Скажите мне, рисуете ли вы цветы? Думаете ли вы, что цветная живопись простая копия природы или в ней также может быть творчество? - О, без сомнения, - отвечал Эйзепберг, - все будет ко пией, если мы станем смотреть только на наружную сторону вещей. Нет, должно угадать внутреннюю жизнь, угадать поэзию предмета, и тогда можно воссоздать его на полотне. Я верю, Цецилия, - продолжал он, - что каждый цветок имеет соответствие с каким-нибудь человеком и заключает в себе ту же жизнь, какая и в нем, только в низшей степени, только не так разнообразно развивает ее. Природа, чтобы достигнуть до каждого человека, должна была пройти целый ряд созданий по всем своим царствам и одну и ту же мысль выразила сначала в камне, потом в растении, потом в животном и, наконец, беспрестанно совершенствуясь, в человеке развила ее в высшей степени. Да, Цецилия, у каждого из нас есть родные во всех царствах природы, созданные ею по одной идее с нами; поэтому я думаю, что я могу отыскать свой портрет и между цветами, которые под другими, менее совершенными формами выражают ту же мысль, какую я <выражаю> всем существом своим. После этого как не находить поэзии в цветах, и неужто цветная живопись есть только сухая копировка? Цецилия взглянула па него пристально. - Я согласна с вами, - сказала она, помолчав. - Спишите же мой портрет между цветами, - прибавила она с улыбкою, - Я вас так мало знаю, - отвечал, запинаясь, Вальтер, - Кто ж вам мешает бывать у пас чаще; по вот, кажется, и г-н Эйхенвальд; пойдемте к ному.