-- На змеиный яд -- лекарство такое.

-- Я не выписываю рецептов.

-- А кто выписывает?

-- Врач.

-- А когда он будет?

-- В девять. -- Старушка начала терять терпение. -- А для чего те рецепт-то?

-- А вы не врач?

-- В больницу надо идти за рецептом. А мы не лечим.

-- Так это ж медпункт?

-- Ну и что, что медпункт. Мы -- по травмам. Или сердце у кого... В больницу надо идти.

-- А у вас печать есть? Больничная...

Старушка рассердилась.

-- Тебе чего надо-то? Что ты привязался ко мне?

-- Ладно, спи.

Максим вышел, осторожно прикрыв за собой дверь.

В девять часов он пошел на стройку, отпросился с работы и направился в поликлинику.

В бедой стеклянной стенке -- окошечко за окошечком -- белая девушка. Она долго "заводила" на Максима карточку, потом подала ему талончик. Максим посмотрел -- четырнадцатая очередь, на тринадцать тридцать.

-- А поближе нету?

-- Нет.

-- Девушка, милая... -- Максим почувствовал, что опять начинает говорить жалостливым тоном, но остановиться не мог. -- Девушка, дайте мне поближе, а? Мне шибко надо. Пожалуйста.

Девушка не глядя на него порылась в талончиках, выбра-ла один, подала Максиму. И тогда только посмотрела на него. Максиму показалось, что она усмехнулась.

"Милая ты моя, -- думал растроганный Максим. -- Смейся, смейся -талончик-то вот он". Его очередь была шестой, на одиннадцать часов. У кабинета врача сидело че-ловек десять больных; Максим присел рядом с пожилым мужчиной, у которого была такая застойная тоска в глазах, что, глядя на него, невольно думалось: "Все равно помрем все".

"Прижало мужика", -- подумал Максим. И опять вспом-нил о матери и стал с нетерпением ждать доктора.

Доктор пришел. Мужчина, еще молодой.

Вышла из кабинета женщина и спросила:

-- У кого первая очередь? Никто не встал.