Кыш-Пыш с удовольствием отхлебнул ароматный чай и завел свой рассказ:

— Каждая ветвь на этом дерева принадлежит какому-нибудь известному предку из моей семьи. Как видишь ветвей на дереве много. Вот, например, этот мой прапрапрадед был очень образованным и жил в монастыре, среди монахов-книжников. Он даже пробовал себя в художественной литературе под псевдонимом Нестора Летописца. А вот этот, попал в молодости на Сечь и стал казаком. Его едва не выбрали Гетманом, но помешала война с Польшей. Дядюшка Гвидон, плавал на корабле и был пиратом в Карибском море. Вот, этот поселился на небольшом хуторе у казака Харька, на месте нынешнего города. Этот, уехал заморе и говорят, разбогател там, продавая наш фирменный гоблинский напиток — настойку из червей. Правда, свой рецепт он сейчас держит в секрете.

Малыш сонно зевнул, но Кыш-Пыш настолько увлекся повествованием истории своего рода, что и не думал останавливаться.

Он ткнул в корень дерева:

— …А это мой пра-пра, пра-пра…, короче, очень давний предок. Это сейчас мы гоблины такие незаметные и тихие, а раньше… Мой прадедушка, звали его, кстати, Ульрих Рваное Ухо, приехал покорят эти дикие земли вместе с одним из людских вождей с севера и одно время, даже находился на службе, отвечая за незаметное подслушивание и скрытое подглядывание. Правда, после того как вождя предательски убили, мой прадедушка решил бросить службу. И очень правильно сделал. Жена покойного вождя была очень своенравной женщиной, и спалил целый город, чтобы отомстить за мужа. А хочешь, я расскажу тебе историю про то, как один из моих очень далеких предков, которого нет даже на этом дереве, плавал на поиски старой овечьей шкуры, висевшей в саду некоего грозного царя?

Кыш-Пыш повернулся к Найденышу, надеясь, увидеть заинтересованное лицо малыша. Но как оказалось, тот давно уже крепко спал, устроившись калачиком возле камина. Ничего удивительного, учитывая, каким необыкновенным выдался для него сегодняшний день.