Потом, когда миновала опасность, Борис рассказывал товарищам, что едва фашист упал в воду, мелькнул в глазах забытый, казалось, эпизод из детских лет: над деревней кружил коршун, высматривая добычу. Сосед сбил его из ружья. Хищная птица камнем упала вниз.

- Что больше всего запомнилось в этом бою? Пить очень хотелось, - смущенно улыбается Борис Иванович. - Кругом вода, а горло свело от жажды. В какой-то момент, как мираж в пустыне, всплыли в памяти фонтанчики свежей воды, что били у нас в цехе на шинном, где работал в довоенные годы. Да, да, почему-то эти фонтанчики вспомнились.

Потом, когда кончился этот бой, которому, казалось, вообще не будет конца, Аказенок огляделся вокруг: на флагманском корабле поднимали сигнальные флаги в честь отваги советских моряков с транспортного судна. Остальные корабли конвоя повторили приветствие. Транспортные суда салютовали героям протяжными гудками.

А при входе в Кольский залив пароход приветствовали артиллерийскими залпами корабли Северного флота нашей страны. Вскоре на имя командира эскорта пришла телеграмма из британского адмиралтейства: "От имени королевского военно-морского флота хочется поздравить Ваши суда по поводу прекрасной дисциплины, храбрости и решимости. Поведение команды "Старого большевика" было великолепно!" Командор конвоя на встрече с журналистами в Нью-Йорке, куда спустя два месяца пришел отремонтированный "Старый большевик", заявил, что плавает уже три десятка лет, но впервые увидел, что команда горящего в море судна не покинула его. Он поблагодарил советских моряков, что в те страшные минуты они не только боролись за свое спасение, но и нашли силы спасти еще экипаж английской подводной лодки.