Весь класс под предводительством Японца хором распевал новую песню. Японец запевал:

И все, постукивая в такт крышками парт, хором подпевали:

Перед самым звонком в классе появился Янкель. Он незаметно вошел и стал пробираться к своей парте. Сначала ребята, увлекшись пением, не обратили внимания на странную крадущуюся походку Янкеля. Случайно Японец взглянул на ноги Янкеля и остался стоять с раскрытым ртом и вытаращенными глазами. Пение мгновенно оборвалось, и тогда в наступившей тишине стало слышно знакомое поскрипывание. Весь класс внимательно глядел на ноги Янкеля. Янкель был в лаптях. Застигнутый на средине класса, он остановился, переступая с ноги на ногу, словно пол был горячий.

— Ты что же? — зловеще спросил Японец.

— Ничего, — потупившись, ответил Янкель.

— А клятва?

Янкель взглянул на Японца светлыми глазами. Янкель на минуту задумался.

— Какая клятва? Я не клялся, — сказал он.

— Предатель! — заревел Пантелеев, сидевший всегда рядом с Янкелем, и стал выбрасывать из ящика свои книги на другую парту к Горбушке.

Начались уроки. В классе было холодно. Ребята ежились, поджимали под себя ноги и ворчали. Только один Янкель беспечно болтал ногами, завернутыми в тряпки, словно нарочно выставляя их на показ. Вид у Янкеля был такой счастливый, что сидевший на соседней парте Горбушка не выдержал и, наклонившись, тихо спросил:

— Тепло в лаптях-то?

— Что надо, — усмехнулся Янкель. — Лучше, чем в сапогах.

Горбушка больше не расспрашивал. Когда наступила большая перемена, Горбушка исчез. Вернулся он скоро, а под мышкой у него были лапти, завернутые в тряпки. Ребята только крякнули, видя, как Горбушка старательно заматывает ноги толстыми портянками.