- Не надо.

Кровавыми слезами зарыдала Суннивэ, стоя на коленях у ног его. И смела золотой доспех с плеча своего, так, что разорвались проволоки золотые и кольца золотые посыпались в траву. И сорвала повязку с плеча своего, и сине-багровую рану на плече лебедином увидел Энлиль. И сказала Суннивэ:

- Вот рана, твоей рукой нанесенная, на плече моем, но я благословляю ее, ибо она от тебя.

И была она полунагая перед ним, и грудь открыта. И Энлиль отвел глаза.

- Душу свою я на цепь взяла по воле твоей. Вот я, как рабыня низкая (све-рота оли), у ног твоих. Кто может сделать больше?!

И поднял глаза Энлиль, и увидел небо над шатрами, и в небе солнце. Копья остриями вонзались в небо, и солнце висело на остриях.

И прошептал как в беспамятстве Энлиль:

- А гэлианна! (О возлюбленная моя!) Сына ты носишь в лоне совем под грудью своей, сына голубишь ты моего, и будет он мне прошением. Кто может сделать больше...

И слышала это Суннивэ, стоя на коленях у ног его, и душа ее разрывалась на части.

И закричала она, обнимая колена его:

- Дай мне сына!

И сказал Энлиль:

- Я не могу сына дать тебе, ибо зло бесплодно.

И пала Суннивэ у ног его бездыханная, но он не пожалел ее и не прикоснулся к ней.

Копья остриями вонзались в небо, и солнце висело на остриях.

23. И сказала ему владычица:

- Я убью ее.

И ответил Энлиль:

- Слуги твои не отыщут ее, ибо я надежно сокрыл ее от слуг твоих (до сервен каин).

И гнев владычицы был не утолен.

И глядела она на лицо его и на руки в цепях. И ощущала руки его на плечах своих.

Как сильны были руки его на плечах ее...

И сильны были руки его на мече его! И тело возлюбленной, и твердую сталь сжимали равно.

И как целовала она руки его, ее оттолкнувшие...

Сердце сладко заныло в ней, и потянулась она к рукам его, но замерла, отпрянув.

И нестерпимо было думать о том, что руки его обнимут другую.