-- Ничего, -- сказала она.

-- Видите, какой разгул мещанства! Взял бы всех и облил шампанским. Здесь живут более или менее только вот эти два, которые кричат друг другу... Остальные больше пока-зуху разводят.

-- А я уж думал, тебя перевели куда-нибудь! -- кри-чал Кузьма Егорыч золотозубому. -- Куда он, думаю, про-пал-то?!

-- Куда перевели?

-- Может, думаю, повысили его там!

-- Дожидайся -- повысят! Скорей -- повесят!

-- Ха-ха-ха!.. -- густо, гулко засмеялся Кузьма Егорыч.

-- Ну что, Софья Ивановна? -- обратился Владимир Се-меныч к женщине в голубом. Его злило, что ни его, ни его подругу как-то не замечают, не хотят замечать. -- Все воюе-те там, с малышами-то.

Софья Ивановна мельком глянула на него и постучала вилкой по графину.

-- Товарищи!.. Товарищи, давайте предложим им нор-мальный вальс! Ну что они... честное слово, неприятно же смотреть!

-- В чужой монастырь, Софья Ивановна, со своим уста-вом...

-- Да почему?! Мы же в своей стране, верно же! Давайте попросим сыграть вальс. Молодежь!..

-- Не надо, -- остановил Кузьма Егорыч. -- Не наше де-ло: пусть с ума сходят.

-- А вот это в корне неправильное решение! -- восстала Софья Ивановна.

-- Да хорошо танцуют, чего вы! -- сказал человек с золо-тыми зубами. -Был бы помоложе, сам пошел бы... подрыгался.

-- Именно -- подрыгался! Разве в этом смысл танца?

-- Ну, еще тут смысла искать! А в чем же?

-- В кра-соте! -- объяснила Софья Ивановна.

-- А смысл красоты в чем? -- все хотел тоже поговорить Владимир Семеныч. -- А, Софья Ивановна? Если вы, допус-тим, находите, что вот этот виноград...

-- Одну минуточку, Алексей Павлыч, вы что, не соглас-ны со мной? -требовательно спрашивала Софья Ивановна золотозубого.

-- Согласен, согласен, Софья Ивановна, -- сказал Алек-сей Павлыч недовольно. -- Конечно, в красоте. В чем же еще!

-- Да, но в чем смысл красоты?! -- вылетел опять Влади-мир Семеныч.