-- Сережи... Здравствуйте! Сережи нету?

-- Сережи нету. Он только что вышел куда-то.

-- Извините, пожалуйста.

-- Он придет скоро.

-- Хорошо.

Сейчас у Сережи начнется праздник. Тоску его липовую как ветром сдует. Он любит эту маленькую опрятную голов-ку, любит тихо, упорно и преданно. И не говорит ей об этом. А она какая-то странная: не понимает этого. Сидят часами вместе, делают расчет какого-нибудь узла двигателя внутрен-него сгорания. Сережу седьмой пот прошибает -- волнуется, оглобля такая. Не смотрит на девушку -- ее зовут Лена, -- орет, стучит огромным кулаком по конспекту.

-- Какой здесь кпд?!

Леночка испуганно вздрагивает.

-- Не кричи, Сережа.

-- Как же не кричать?! Как же не кричать, когда тут эле-ментарных вещей не понимают!

-- Сережа, не кричи.

Серега будет талантливый инженер. В минуты отчаяния я завидую ему. К сорока годам это будет сильный, толковый командир производства. У него будет хорошая жена, вот эта самая Леночка с опрятной головкой. Я подозреваю, что она давно все понимает и сама тоже любит Серегу. Ей, такой хо-рошенькой, такой милой и слабенькой, нельзя не любить Се-регу. У них будет все в порядке. У меня же... Меня, кажется, эти "шалые низовые ветерки" в гроб загонят раньше време-ни. Я обязательно проморгаю что-то хорошее в жизни.

Вошел Серега.

-- Прошелся малость.

-- К тебе эта приходила. Просила, чтоб ты зашел к ней.

-- Кто?

-- Лена. Кто!

Серега побагровел от шеи до лба.

-- Зачем зайти?

-- Не знаю.

-- Ладно трепаться. -- Он спокойно (спокойно!) прошел к койке, прилег.

Я тоже спокойно говорю:

-- Как хочешь. -- И склоняюсь к тетради. Меня душит злость. Все-таки нельзя быть таким безнадежным идиотом. Это уже не застенчивость, а болезнь.

-- Дай закурить, -- чуть охрипшим голосом просит Серега.