Должно быть, Мартин попал в одну из чудовищных вакуумных ям, о которых Сорен столько слышал. В следующий миг он совсем исчез, а Сорену пришлось напрячь все свои силы, чтобы не перевернуться животом кверху. Просто невероятно, до чего это оказалось трудно! Ему случалось летать в горящие леса за раскаленными углями, бороться с чудовищными огненными ветрами и странными изменениями воздуха, вызванными бушующим внизу пламенем, но все это не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось сейчас!

— Немедленно влево, на юго-восток! Будем снижаться. Поворачиваем рулевые перья налево, вытягиваем нижние перышки! — перекрикивая ветер, командовал Пут. — Курс на подветренную сторону, левое крыло в двое выше правого! Вперед, всепогодники! Вы справитесь! Первостепенные маховые перья вниз. А теперь выравниваемся. Вперед!

Пут летел, как сам Глаукс, особенно если учесть, что он прикрывал крыльями обоих малышей, держа их с подветренной стороны.

Но где же Мартин? Мохноногий сычик был самым маленьким членом клюва.

«Соберись, сосредоточься! — приказал себе Сорен. — Ты погибнешь, если будешь думать о чем-нибудь, кроме полета. Погибнешь, слышишь? Превратишься в мертвую птицу с вырванными крыльями!»

В памяти промелькнули самые страшные истории об ураганах, которые он когда-либо слышал. Чаще всего в них говорилось об оке бури, но Сорен знал, что есть и кое-что пострашнее. Стена ока.

В самом оке урагана царит жуткое спокойствие, но стоит жертве попасть на стену, как ее начнет вращать по кругу, вырывая крылья и ломая кости, пока несчастная не задохнется и не умрет.

Сорен в ужасе таращил свои и без того круглые глаза, а его третье, прозрачное, веко, лихорадочно поднималось и опускалось, сметая с глаз летящую в них со всех сторон грязь. Сорен не обращал ни на что внимания. Перед его взором стоял маленький Мартин, втянутый чудовищным потоком прямо в «стену ока».