— Вот видишь, Сорен? Пожалуйста, попроси Эзилриба! — затараторила Эглантина.

— Нет. Я не собираюсь понапрасну отрывать его отдел, тем более что ответ мне прекрасно известен! — отрезал Сорен.

— Ну вот… Я сейчас срыгну от злости! — обиженно прошипела Эглантина.

— Ничего, не расстраивайся! — Рыжуха быстро наклонилась к подруге и что-то шепнула ей на ухо.

— Эй, молодежь! — возмутилась миссис Пи. — Никаких грубостей за столом, ясно? Надеюсь, вам не нужно напоминать, кто тут стол?

Сумеричанье, всегда считавшееся самой веселой ночной трапезой, на этот раз не задалось.

Гильфи предприняла еще одну попытку сменить тему, напомнив друзьям о том, что следующей ночью на остров должна прилететь торговка Мэгз со своими товарами.

— Она всегда прилетает в первую ночь новолуния, — добавила Гильфи.

— Почему? — оживилась Примула, радуясь возможности поговорить о чем-нибудь отвлеченном.

— Потому что при свете полной луны ее товары выглядят особенно заманчиво, — ответил Сорен.

— Как будто вся эта кричащая безвкусица и так мало сверкает! — едко вставила Отулисса, недолюбливавшая торговку.

— Кто такая торговка Мэгз? — спросила Рыжуха.

— Как, ты не знаешь про Мэгз? — ахнула Эглантина. — Она приносит нам просто потрясающие вещи! Завтра ночью мы с тобой повеселимся от души! Обожаю покупки!

У Примулы тоскливо заныло в желудке.

— Торговка Мэгз, — высокомерно отчеканила Отулисса, — обыкновенная хвастливая сорока, которая, как и подобает представительнице ее рода, специализируется на поиске и коллекционировании различных предметов, большей частью блестящих. Думаю, не стоит пояснять, что подсловом «поиск» я подразумеваю банальное воровство.

— Ух ты! — ахнула Рыжуха, и глаза ее сверкнули от восхищения. — Где же она берет все эти сокровища?

— У Других. В оставшихся от них руинах, в старых соборах или замках, — ответила Отулисса. — Она подбирает осколки витражных окон, черепки от разбитой посуды, бусинки и всякие мелкие безделушки — все эти яркие, вульгарные побрякушки, к которым Другие испытывали непонятную слабость. По моему мнению, все это невыносимая пошлость и безвкусица!