— Насколько я понимаю, ничего с ней не будет! — раздраженно процедила Отулисса. — И это несправедливо, вот что я скажу!

— Я слышала, — осторожно заметила Примула, — что Вислошейка перенесла тяжелейшее нервное расстройство. Она была очень больна и не понимала, что делала.

— Нервное расстройство? Не смеши мои маховые перья! — фыркнула Отулисса. — Хочешь знать, что она делала? — спросила она и, не дожидаясь ответа, выпалила: — Она не только шпионила в пользу врагов и уничтожала книги, она еще делала запасы!

— Делала запасы? — хором переспросили Примула с Копушей.

— Какие запасы, о чем ты говоришь? — удивился Копуша. — Да что можно было запасти прошлой зимой?!

— Я скажу тебе что! Пока мы голодали в блокаду, наша Вислошейка вовсю пользовалась личным запасом ягод молочника и орехов! Да вы вспомните! Она же ни капельки не похудела, в то время как все мы стали такими тощими, что могли пролезть в световое оконце!

— Я и сейчас могу, — улыбнулась Примула, желая обратить все в шутку. В конце концов, она пришла сюда повеселиться, читая анекдоты, и не была настроена на серьезный разговор.

— Извини, — смутилась Отулисса. — Яне имела в виду воробьиных сычиков, кроме того, ты вообще ужасно худенькая. При желании ты смогла бы влезть в гнездо колибри!

— Что ты читаешь, Отулисса? — поинтересовалась Примула, чтобы окончательно разрядить обстановку.

— Научный труд о лозоискательстве и предсказаниях в деле поиска минералов и подземных вод, — ответила Отулисса. — В этой книге есть небольшая главка, написанная Стрикс Эмеральдой. Ты знаешь, это моя очень дальняя родственница…

— Да-да, знаменитая предсказательница погоды, — торопливо закончила Примула.

Все дерево знало, что Отулисса приходится дальней родственницей прославленной Стрикс Эмеральде. Отулисса перечитала все написанное этой знаменитой совой и никогда не упускала случая щегольнуть родством с такой ученой птицей. Но Примулу это нисколько не раздражало. Она была искренне рада, что Отулисса перестала злиться и вновь стала сама собой.