Теперь вы понимаете, на какой риск пошли Плик и Игрек, поселившись в Ледяных проливах вместе с Крит — чудовищно могущественной хагсмарой, не боявшейся жить возле моря. Свое решение старая ведьма объясняла просто: «Морская вода — мой враг. Как говорится, держи друзей близко, а врагов — еще ближе».

Крит почти всю жизнь прожила в ледяной пещере над бурными волнами проливов, пытаясь придумать заклинание, которое сделало бы хагсмаров неуязвимыми к смертельной опасности морской воды. Несмотря на то что старания ее до сих пор не увенчались успехом, она глубоко постигла искусство черной магии, и среди хагсмаров ей не было равных в темнодействе. Однако Крит предпочитала работать одна. В ранней юности приняв обет безбрачия, она всю жизнь прожила затворницей, и неудивительно, что лорду Аррину так и не удалось втянуть ее в свои глупые игры ради обладания жалким троном и шутовской ледяной короной!

Если Игрек была одержима ненормальной для хагсмар жаждой материнства, то старая Крит посвятила всю свою жизнь столь же дикому для большинства ведьм кодексу чести. Одним из постулатов этого кодекса было отрицание войны. Впрочем, вы совершили бы глубочайшую ошибку, предположив, будто старая Крит протестовала против войны из врожденного миролюбия или стойкого отвращения к насилию! Для Крит не существовало никакого морального запрета на убийство. Она отрицала войну только потому, что считала ее уделом глупцов, предпочитающих грубую силу и примитивную стратегию тонкому искусству темнодейства и заклинаний. Всем известно, что фингрот был практически единственным колдовством, успешно применявшимся на полях сражений. Нет, война была занятием, недостойным настоящей колдуньи!