ФУТБОЛИСТ (здоровается с Треугольниковым). А что футбол...

КИСТОЧКИН. Что-то не пойму, Буль,- разочарование в футболе?

ФУТБОЛИСТ. А что футбол - каторга!

КИСТОЧКИН. Такие настроения в начале сезона? Придется сигнализировать в Центральный совет.

ФУТБОЛИСТ. А что такое футбол? Булыгу в ноги, полил в угол, тащи, рабочий!

КИСТОЧКИН (в восторге). Я ведь тебе, Петька, обещал паноптикум смотри, какой прекрасный человек!

ФУТБОЛИСТ (обращаясь в зал). А что футбол? Говорят, извилины стираются, когда играешь головой. Смотри, говорят, знаменитый футболист идет, а сами потом хихикают: ну и будка, мол, шесть на шесть. В консерваторию, говорят, футболисты не ходят, и вообще все они - пижоны и дураки. Мне Беккенбауэр как-то говорит: плюнь, говорит, Булька, на них на всех и развивай прыгучесть, твои, говорит, ноги золото могут делать. А что для меня футбол? Может, для меня настоящий футбол только и был, когда пацаном на Хорошевке мяч гонял. А иной раз в спортлагере забудем, что мы знаменитые, золотые, такие-растакие, и вот тогда бывает настоящий футбол. А если мы в режиме, значит, на девочек и не гляди, а после игры и самому тебе все до лампочки. А я ее люблю, как моряк с парусного корабля, а она как туманное виденье. А вы говорите - футбол! (Уходит.)

КИСТОЧКИН (изнемогает от смеха). Ой, ой, вот потеха-то...

ТРЕУГОЛЬНИКОВ. Такая уж потеха...

На сцене появляется Оля. Она подходит к столику, за которым в прежней позе сидит Светлана.

ОЛЯ. Здравствуй, Света!

СВЕТЛАНА. Здоровались уже.

ОЛЯ. Что ты делаешь?

СВЕТЛАНА. Готовлюсь к экзаменам.

ОЛЯ. Разве осенью готовятся к экзаменам?

СВЕТЛАНА. Нынче весна, ты что, забыла?

ОЛЯ. Так не готовятся - без книг и без конспектов.

СВЕТЛАНА. Да я и не готовлюсь, кто тебе сказал? Я просто думаю. Я такая девушка - мучающаяся, думающая...