-- Дурак.

-- Может, дурак. Не сбивай меня с настроя. У меня ка-кое-то сегодня... -- Генка тоже глянул в угол на календарик. -- Тоже сегодня какое-то красненькое настроение, -- он засмеялся, погладил бороду. -- Слушай. Шли по тайге, я как-то отбился в сторону от всех, отстал маленько, побежал догонять и оступился, ногу потянул. Не могу идти. Сел -- сижу. Даже весело стало. Думаю: вернутся искать или нет? Шу-михи же много про всякое это братство-товарищество. Вер-нутся, думаю, или нет? Посидел так с полчаса, слышу, вер-нулись -- кричат. У меня ружье, мог выстрелить -- услышали бы. Да и крикнуть, тоже услышали бы. Нет, сижу! -- Генка сверкнул азартным глазом. -- Бросят, думаю, искать или все же найдут? Вот же гадская натура! Вечно надо до края дойти, так уж понять чего-нибудь, где и понять-то... может, нельзя. Вот бросят, думаю, искать или будут искать? В обще-житии же все вылупалисъ про таежную романтику, про... Ну-ка, фраера, -- это же не песенку спеть под гитару это ж -- человека найти! А уже солнышко садится, а до лагеря еще далеко-о. А? -- Генка оскалился недобрым оскалом, ус-тавился на дядю Гришу светлыми, немного безумными гла-зами. -- Как вы насчет того, чтоб заночевать тут из-за одно-го дурака? Под открытым небушком, может, под дождем... А там, в зимовье, нары, одеяла, костер, спиртяга, две ин-ститутские обаяшки, которые прямо млеют от самодельных лыцарей, а? Вот задача-то? Ну-ка!..

-- Нашли? -- нетерпеливо и недовольно перебил дядя Гриша.

Генка, тоже недовольный, что сбили с подъема, неохот-но досказал:

-- Нашли. Хотели отметелить, но у меня ружье было -- не получилось.

-- Надо было... Чтобы зря не пугал людей.

-- Да они не испугались! Это тоже пижонство: чтоб по-том про них говорили, что они -- мужики. Они молокососы. Все почти. Ну, давай.

Выпили, похрустели капустой.