- Могу.

Анна Андреевна свое обещание выполнила - и начала выполнять еще раньше, чем дала, то есть раньше, чем написала "Реквием", она описывала это: "Привольем пахнет дикий мед...", "Не столицею европейской..." и пр. Она описала это (в стихах, в "Реквиеме", в "Поэме") - и описание этого сделалось главной гордостью ее жизни. Вот почему утверждения господ профессоров, американских и парижских, будто она какое-то время молчала, приводили ее в ярость. "Не печататься" в нашей стране - не означает молчать. Раз. А главное: духовная работа не измеряется только результатами, то есть, как принято сейчас выражаться, "единицами стихов". Нужно получить впечатление, пережить его, потом дождаться, пока встанет в ушах и в душе "один, все победивший звук"1.

Существует время "предпесенное", когда работа уже идет, а стихов еще нет.

А я уже в предпесенной тревоге...2

Она ответила всем господам Струве не только в записи "Для Лиды"3, но и в "Черепках":

Вы меня, как убитого зверя,

На кровавый подымете крюк,

Чтоб, хихикая и не веря,

Иноземцы бродили вокруг

И писали в почтенных газетах,

Что мой дар несравненный угас,

Что была я поэтом в поэтах,

Но мой пробил тринадцатый час.

Зарубежные профессора со статистическими таблицами в руках, пользуясь арифметикой, доказывают, что по сравнению с двадцатыми годами Ахматова выдавала меньше продукции4. Да, меньше. Но, свидетельствуя о застенке, воплощая застенок, находя для него слова в безвоздушном пространстве, от беззвучия которого умолк и умер Блок5, она услышала звук и произнесла его. Больше ли единиц стихов в "Белой стае", чем в "Тростнике", "Реквиеме" и в незаписанных стихотворениях 30-40-х годов - какое это имеет значение? Количество и значимость поэтического труда не измеряется количеством строк, строф и законченных "единиц".

Ахматова, из деликатности, боясь причинить боль Марине Цветаевой, потерявшей мужа, разлученной с дочерью, - не прочитала ей ни "Реквиема", ни двух частей "Поэмы без героя"6.