-- Так не бывает". И вот они уже месяц наяву живут в сказке израильского изобилия. К тревогам и к скадам они давно привыкли, да и война идет к концу. Начинается новая, неожиданно счастливая жизнь. Артур неумело прочел благодарственную молитву и пошел навстречу своему звездному часу -- на три пополудни назначена встреча в Министерстве обороны! В конце концов, подумал он, лучшим другом его на покинутой родине оказалась именно эта вечно шипящая соседка. Все мы должны быть благодарны в этой ситуации спасения от кошмара Союза не друзьям, а врагам. Без ее путевки в Тель-Авив стоял бы сейчас Артур с Марком и Аллой и получал бы какую-то дрянь по полкилограмма в одни руки. Да, шекелей катастрофически нехватает, но сегодня, через полчаса изумительной февральской прогулки по зеленому цветущему городу он будет выслушан наконец официальным лицом. Он отдаст растворитель евреям!..

Израильский чиновник принял его брезгливо-вежливо, долго расспрашивал о его предполагаемом сотрудничестве с КГБ, удивился, когда Артур сразу сказал, что да, естественно, имел дело с КУРАТОРОМ, все ученые его уровня были ухожены всесильными органами. Менее внимательно выслушал чиновник предложения Артура о спасении Израиля от его врагов с помощью уникального растворителя, зевнул и пожал плечами: "А плевать нам на них. У нас всегда было, чем с ними разговаривать, а теперь и подавно. Не берите в голову, доктор." "Но... я же говорю с представителем государства?.." "Адони, я разведчик, а не химик, не мне оценивать стратегическую мощь вашего растворителя. У нас государство в эти дела не лезет. Предлагайте сами оборонным фирмам, но я бы на вашем месте на работу там не рассчитывал. По крайней мере, в течение пяти лет." "Как? И тут?" "А вы как думали? Вон генерал КГБ Калугин заявил, что каждый пятый оле -- его бывший добровольный помощник. Мы не собираемся их ни вычислять, ни наказывать. В конце концов, каждое государство должно иметь секретные органы, а они без помощи населения работать на умеют.