Глянув на него, Голев решил, что фирма "Надежда" имеет безусловный торговый профиль, но в быстром разговоре, с которым Полуяхтенко явно хотел поскорее закончить, выяснилось, что "Надежда" предоставляет населению гораздо более изощренные услуги: здесь протягивали руку помощи безработным, проще говоря, "Надежда" оказалась мини-биржей труда. Витя Круглянко тоже зашел в кабинет и принял участие в собеседовании.

Голев понял, что фирма не слишком процветает - об этом пробалтывались дешевые столы и трещавший, как сорока, принтер, утомительно долго печатавший одну страницу и непременно жевавший бумагу на предпоследней строчке. Скорее всего, Полуяхтенко пил из более полноводного финансового источника, а мини-биржа труда была у него для отвода глаз и, конечно же, для души. Голеву предложили оклад в половину Танькиного, восьмичасовой рабочий день и достаточно разнообразные обязанности.

- У нас раньше работала девочка на этой должности, - пояснил Полуяхтенко, которому, видимо, понравилась внешняя холодность Голева, слегка походившая на уверенность в себе, - но интелям, таким, как ты, больше доверия. Да и Надька намекала, что не надо больше... девочек.

Витя Круглянко радостно засмеялся.

Через день Голев вышел на работу. Таньке он ничего не сказал - они теперь вообще редко разговаривали, и если такое все-таки случалось, то темы ограничивались сугубо бытовыми.

Трудно было назвать занятие Голева интеллектуальным, разве что в сравнении с грузчицким, - теперь бывший океанолог вырезал из газет объявления о найме, перепечатывал их двумя пальцами на компьютере и составлял картотеку. Клиенты приходили редко - и все, как на подбор, странные. Мысленно Голев разделил их на три группы. Первая - немногочисленная, но и самая нелюбимая - городские сумасшедшие. Они хихикали и смущенно заглядывали под стол, как будто кого-то искали.