Страна знала, что схватки с фашизмом не миновать, с тревогой, бдительно следила за тем, как ее мирное небо на- западе и на востоке затягивает багряными тучами войны, - страна делала все необходимое, чтобы во всеоружии встретить ее, равно-..как делала все возможное и для того, чтобы отсрочить, отодвинуть войну. Да, поначалу нам не хватало танков, самолетов, но наши отцы и мы, их дети, были готовы к войне. Не случайно же наши девушки носили значки ГСО - готов к санитарной обороне, а мы, парни, выбивали в тирах право именоваться "ворошиловскими стрелками"... И не лучшее ли, не самое ли высокое доказательство такой готовности - Брестская крепость, где рядом с отцами героически бились безусые юнцы, вместе ушедшие в бессмертие!..

...В:е это, однако, будет потом, через три месяца, - сейчас же продолжался март сорок первого. Солнечный, вдребезги разбивающий настывшие за ночь сосульки - днем, лунно-голубой - до полночи и с косматыми серофиолетовыми туманами на рассвете, незаметно, исподволь съедающими последний снег.

А какое необыкновенное для меня утро выдалось после нашей очередной "цепочки"!

Еще по дороге на работу, в редакцию, - кося глазами и не останавливаясь, - видел в газетной витрине наш "Сталинский клич" с большой, строго озаглавленной статьей: "Быт неотделим от политики" - мой отчет с общегородского комсомольского собрания. В своем докладе Саша Гаврилов резко, гневно говорил о комсомольце с "Текстильмаша", несколько раз замеченном нетрезвым, о комсомольце с обувной фабрики, бросившем жену и грудного ребенка; в прениях выступали дружно, судили жестоко, зная, что, если провинишься сам, так же жестоко будут судить и тебя, - комсомольская участь двух парней, нарушивших нормы нашей жизни, была решена, компромиссов и половинчатых решений мы не признавали!

На редакционном совещании - "летучке" статья была отмечена как одна из лучших в номере; час спустя позвонил Саша Гаврилов и тоже сказал добрые слова об отчете, что для меня было, пожалуй, поважнее редакционного заключения.