— Я очень рада, что ты меня одобряешь, и с своей стороны награжу тебявсем, чего только захочешь.

Зенон понял смысл этих слов о награде и, встав с места, сказал:

— За простой совет и за лёгкую помощь по силам моим никакой мне наградыне нужно.

— Отчего же?.. Проси!.. Или… если ты горд, то доверь мне самойоценить, чем с тобой расплачусь.

— Нет, оставь это!.. Мне довольно будет того, что я могу доставить теберадость…

— Хорошо, пусть будет по-твоему! Выйди же теперь к моему рабу, возьми унего мой ларец и принеси его сюда.

Зенон вышел, а Нефора погляделась в своё ручное зеркальце, которое былоу кистей её пояса, и улыбнулась довольною улыбкой.

Зенон возвратился с ларцем, который был не велик, но изящен и довольнотяжёл.

— Благодарю, — сказала Нефора. — Теперь дай мне сюда на колени подушкуи станем на ней раскладывать вещи.

Зенон исполнил и это, и когда золотые уборы и самоцветные камни воправах были вынуты маленькою рукой Нефоры из её узорного ларца и разложеныею по тёмной ковровой подушке, Зенон наклонился лицом к коленям гостьи истал серьёзно рассматривать амулеты, шпильки, браслеты и цепи, а Нефора межтем рассматривала самого Зенона и любовалась грациозностью его движений инежною прелестью его светло-русых кудрей, подстриженных и завитых на лбу погреческой моде.

Долго Зенон не мог ничего выбрать, но, наконец, взяв в руки одинзолотой амулет, изображающий солнечный диск с прямыми лучами, он задумался ипотом соединил это с другим, меньшим диском, на котором было изображениесладострастной богини Ма, с её закрытыми глазами. Зенон весело взглянул наНефору и сказал ей:

— Ты совершенно права: из этих вещей можно составить такой прекрасныйубор, который способен будет затмить все другие уборы. Ты надень этибраслеты змеями на голые руки. Твои руки прекрасны.

— Ты находишь, что они хороши?

— О да, твои руки прекрасны, и я бы охотно слепил их из воска.