Ну так вот... И телесно мне теперь стало заметно лучше, и на душе лучше, потому что в деревне как-то сосредоточиваешься на себе. Да еще не проходит дня, чтобы не случилось какого-нибудь приятного происшествия. Вчера, например, Надежда Михайловна отказала мне стограммовую баночку меда, а сегодня я выменяла у пастуха Егора сетку парной рыбы за стакан технического спирта и сварила себе уху. Есть много рецептов приготовления этого блюда, но я предпочитаю новороссийский вариант, который от прочих отличается тем, что, во-первых, рыбу не потрошат, а во-вторых, варят ее с несколькими цельными помидорами, которые потом растираются в дуршлаге. Есть еще украинская уха, предусматривающая специальный соус под названием "лек", - это, собственно, рыбный навар, в котором намешивают безумное количество соли, перца и чесноку. Русская же классическая уха приготовляется так: сначала варится петух, затем мелкая рыбешка в сетке, потом крупная рыба, порезанная на куски, цельный картофель и крупный лук, с которого отнюдь не обдирают шелуху, а только обрезают верхушку и корешок. Петрович утверждает, что в русскую уху обязательно вливают полстакана водки, а Надежда Михайловна говорит, что это все выдумки алкоголиков, - уж не знаю, кому и верить.

На уху я пригласила обоих своих соседей. Надежда Михайловна не пришла почему, об этом как-нибудь в другой раз, - а Петрович пришел, да еще принес с собой бутылочку домашнего ягодного вина. Мы выпили по рюмочке, и Петрович мне рассказал, что будто бы учительница русского языка из Погорелова повесилась (местные говорят "завесилась") потому, что якобы ее облыжно обвинили в краже трех пол-литровых банок свиной тушенки. По-моему, тут налицо трагедия в герценовском роде.