Но в последние год-два стала беспокить некая затянувшаяся пауза в его достижениях. Защитив с блеском, как говорили коллеги, диссертацию, он вдруг обнаружил явную диспрпорцию в распределении благ между сотрудниками профессора Суровягина. С какой это стати он, наиболее квалифицированный и умелый работник, находится на третьих ролях? Взять хотя бы Калябина - тугодум, зануда, десять лет обсасывает чужую идею, а получает чуть ли не в два раза больше Мозгового. Его любит профессор, а почему его не любить? Туп, исполнителен, безопасен.
- Ничего, я вас взбодрю, голубчики, - громко, так, чтобы было слышно во всех уголках комнаты, пригрозил Михаил Федорович.
Тем врменем к нему в лифте поднимался Марк Васильевич Разгледяев, человек определенных занятий, весьма строгих принципов и в то же время, как и все мы, не лишенный способности ко всякого рода стихийным душевным порывам и необдуманным поступкам. Не справедливо винить его одного в собственных бедах. Иначе, как бедой, и не назовешь то незавидное положение в котором он очутился. Поверьте, роль покинутого мужа вовсе не шла ему. Конечно, разводы - вещь распространенная в наше просвещенное время. Зная об этом, Марк Васильевич построил семейную жизнь с правильным, в целом, убеждением, что настоящий крепкий брак покоится на естественных любовных отношениях.