То были лица в основном серьезные, внутренне дисциплинированные, знающие себе цену. Всегда спокойные, они не дергались по пустякам, при разговоре, глядели прямо в глаза, не стесняясь собеседника. Разговоры, правда, могли показаться скучными, однообразными. Но - ох, как можно было ошибиться поверхностному наблюдателю. И ошибались, кстати, в основном люди незрелые, неопытные. Мозговой с легкой внутренней улыбкой вспомнил свои более молодые годы. Ему сейчас стало стыдно за многие легкомысленные поступки из тех лет. Ведь все они в сущности были продиктованы необоснованным стремлением выделиться из общей серой, как он считал тогда, массы. Однажды, он не пожелал словно "попугай" повторять вслед за всеми "тарабарские" слова. Поразительно, но факт - слова, взятые в кавычки, были действительно его, Михаила Федоровича, словами. Он не пожелал принимать больше участия ни в каких "навязанных сверху" мероприятиях, назвал их, представьте, "формальными" и "для галочки". Он взбунтовался, но то был бунт с потупленным взором. Странно, но воспоминание о нем, посетившее Михаила Федоровича утром, нахлынуло теперь в разговоре с Ермолаевым.
Тем временем Мозговой продолжал уговаривать Толю.
- Более того, здесь не то что кандидатской, тут, может быть, государственной премией попахивает. Есть за что бороться вашему инженеру!
Мозговой улыбнулся.
- А вы уже и не обижаетесь, когда я инженера вашим называю. Я как в воду глядел, знал, придется вам инженер по душе. Так что не все потеряно, просто за истину, даже научную, приходится бороться.
- Может быть, - нерешительно сказал Толя и собрался уходить.
- С анонимкой-то разобрались? - напоследок поинтересовался хозяин.
- Черт, я и забыл про нее.
- Ну-ну, не огорчайтесь, - Мозговой не стал больше задерживать гостя. - Все выяснится рано или поздно, как говорит наш дорогой Петр Семенович, все происходит в свое время или немного позже.
Мытарства научной истины
В понедельник, в десять утра инженер Богданов вошел в институт. Катерина Ивановна, предупрежденная заранее, сочувственно встретила докладчика. Она поинтересовалась здоровьем, обратив внимание на болезненный вид и отметила спутницу, назвав ее "доченькой".