На высоких откосах свалки начинались от стоящих где-то наверху домов и нависали над землей вспученными, омерзительными полосами отходов, удручающе размеренно прочерчивая склоны книзу, а временами создавая впечатление почти сплошной навесной стены из нечистот. С чувством душевной боли за изуродованную землю думалось о том, что сейчас, когда ухоженная, вычищенная и вылизанная до последней пылинки наша соседка Европа сияет чистотой и красотой, мы почему-то демонстрируем отходы жизнедеятельности человека на таких видных местах. Мысль о том, что причина возникновения мусорных свалок заключалась вовсе не в нечистоплотности русского народа, а в самом обычном, укоренившемся за годы строительства социализма разгильдяйстве и нежелании работать тех, кому положено следить за чистотой и порядком, послужила слабым утешением для меня, ещё не отошедшей и не отдохнувшей после многомесячной уборки на даче и на участке. С надеждой думалось, что подобная мерзость не может быть долговечной, и что строгая система штрафов за загрязнение окружающей среды смогла бы быстро очистить многострадальную землю.

В купе со мной ехали молодой парень с гитарой и молодая семья - муж, жена и девочка 3-4 лет. Выяснилось. что мы все по разным причинам очень уставшие, поэтому, как только стемнело, попив чаю и перекусив, мы дружно улеглись отдыхать на своих полках.

Женщина была очень расстроена, она никак не могла успокоиться и долго бранила мужа, т. к. уже в купе выясняла, что он взял билеты не на тот поезд, наш скорый поезд не останавливался на нужной им станции Прохоровка где-то под Белгородом, и теперь семье предстояло сойти в 3 часа ночи в Белгороде и неведомыми путями добираться до Прохоровки. И прошлое, и настоящее, и будущее недомыслие явственно проступало в глазах мужчины, прочитывалось на его лице и во всем несобранном облике, и я с грустью подумала, что бедной женщине ради сохранения отца ребенку ещё предстоит не раз смиряться о просчетами своего недотепы мужа и в будущем взвалить на себя многие мелкие заботы повседневной жизни.