
Прохор Иванович был политик высшей школы. Он внимательно следил за "бестией Наполеонишкой", за "подлой Австрией", нотами любимого им князя Горчакова и польским вопросом.
- Ну как, Прохор Иваныч, наши дела? - спросят его любители политики, не так усердно читающие газеты.
- Наполеонишка все гадит, - отвечает Прохор Иваныч и затем начинает подробную лекцию о том, в чем и кому "гадит" французский цезарь.
Внутренней жизнью и вопросами, назревшими в России, Прохор Иваныч не интересовался, как не интересовались этим и остальные читатели "Сынка" и "Досуга".
- Мальчишки-то у нас шумят... - так презрительно отзывался Прохор Иваныч о целом литературном движении шестидесятых годов. Воспитанному в суровой муштре николаевских времен, привыкшему к деспотическому строю, в котором на каждой ступеньке стояло свое начальство, выражавшее свои мнения в "проектах" и "записках", Прохору Иванычу казалось великим нарушением субординации, что какие-то, нигде не служившие и безчиновные "мальчишки", литераторы, осмеливаются свысока трактовать о правительственных делах и разных мероприятиях.
- Оттого и студенты бунтуют, - пояснял доморощенный Кифа Мокеевич свою мысль о незаконном вмешательстве "мальчишек" в государственные дела, ссылаясь на пример известных петербургских студенческих историй.
Прохору Иванычу и во сне, конечно, не приснилось, что многоголовая гидра поколения "мальчишек" захватила в свои объятия уже всю Россию и даже его родной град З., в чем ему предстояло убедиться не далее как сегодня, через несколько минут.
Наконец давно ожидаемый Васюхин, несколько изогнувшийся вперед и вбок под тяжестью своей почтальонской сумки, промелькнул мимо окна и вручил Прохору Иванычу три номера "Сынка". Наш политик протер стекла очков, поплотнее уселся в кресло, сорвал бандероль газеты, развернул номер, крякнул и углубился в чтение политических махинаций. Обозревши поверхностно остальное содержание номера, Прохор Иваныч приступил к чтению следующего по порядку. Но тут, развертывая газету, ему вдруг кинулось название З., напечатанное жирным шрифтом в середине листа.
