Электрическая лампочка потухла. С секунду краснела ее тонкая проволочка, а потом стало темно, и только из коридора, через стеклянное окно над дверью, лился слабый свет. Было не двенадцать часов, а час, когда в номерах тушилось электричество.

- Черт бы вас побрал с вашим электричеством,- обругался Толпенников осторожно, чтобы не разлить чернил, нащупывая письмо и кидая его в стол.

Улегшись, Толпенников долго не засыпал и думал о генеральше фон-Брезе, которая представлялась ему седой величественной дамой, об акцизном устава и серых далеких глазах. Между глазами и уставом была какая-то связь и становилась все крепче и загадочнее, и, стараясь понять ее, Толпенников уснул, маленький, худенький и наивно-счастливый.

II

Действительный статский советник в отставке, г. фон-Брезе, бритый как актер, величественно повел большим носом в сторону Толпенникова и сухо пояснил, что жена его быть на суде не может вследствие болезни.

- Эта гнусная история потрясла организм моей супруги,- сказал фон-Брезе, смотря на кончик носа Толпенникова.-Вы помощник Алексея Семеновича?

Толпенников подумал, что генерал не доверяет ему и считает слишком молодым для ответственного дела. Сконфуженно, но в то же время задорно он сказал:

- Хотите доверенность посмотреть?

- Ах, что вы!-отмахнулся рукой фон-Брезе.-Но мы говорили о генеральше. Она потрясена, молодой человек. По-тря-се-на. Вы понимаете... .

Фон-Брезе отвел Толпенникова немного в сторону, хотя в этом не виделось надобности, наклонился к самому его лицу и поднял палец.

- Вы понимаете? Полиция...-утвердительно кивал он головой, поднимая кверху брови и губы, так что последние почти коснулись красноватого носа.- Насчет.... понимаете?-Он отвел назад руку с растопыренными пальцами и открытой ладонью, показывая, как берутся взятки. Затем откачнулся назад и еще раз кивнул головой.- Да-да. Представьте.