Толик вывалил из мешка кирпичи и галопом помчался обратно. Пограничники, не привыкшие к перебежкам разумных существ в нашу страну из Финляндии, решили, что кустами трещит охваченный любовным пылом кабан или олень, и продолжили наблюдение за границей. Толик же, разбив очки и изодрав одежду, добрел к рассвету до Выборга и на попутной машине приехал в Зеленогорск. Войдя в дом, он обнаружил, что утюг отключен, и пошел будить мачеху, чтобы занять у нее денег и расплатиться с шофером. Мачеха, не подозревавшая о ночных злоключениях Толика, плеснула на него из помойного ведра, стоявшее в сенях, и со словами: Я тебя, паразита, предупреждала, что денег больше не дам! захлопнула перед ним дверь. Шофер грузовика счел себя оскорбленным в лучших надеждах и, пообещав Толику ведро бензина под дом и спичку,- если к вечеру не будет денег,- взревел мотором и уехал.

Толик будто бы поверил в реальность угрозы и после кошмарной ночи помчался в университет, в надежде занять у однокурсников денег. Утверждают, что в тот день Толик с бледным исцарапанным лицом бродил по коридорам филфака и, поправляя разбитые очки, сшибал трешки до стипендии.

На самом деле все было совсем не так.

Вот что мне удалось собрать из разрозненных рассказов самого Толика и проследить, таким образом, рождение легенды. Я остановлюсь лишь на трех основных источниках, трех составных частях мифа о Мотальском-перебежчике.

Первое. В те годы Толик действительно намеревался посетить Финляндию, но легально - в составе группы велотуристов, коим он не был, но по такому случаю готов был стать. Именно тогда он купил велосипед Украина и любовно смазывал его в предвкушении обещанной по линии комсомола поездки. А что? задиристо говорил он в университете.- Вот сядем и поедем. Почему им можно, а нам нельзя? Обязательно. Поедем. А не пустят - Хрущеву напишем!