- Как будут по-английски "Перелетные работы"? - спросила тетя Груша.

Я промолчала.

- Ты не знаешь?

- Знаю.

- Тогда как?

Я молчала. Я шла и думала, что же делают в "Перелетных ра-ботах". Наверное, крылья на заказ. Вот у этого старика четко вырисовываются лопатки под пиджаком, а ведь однажды пиджак не выдержит. Да что там пиджак! - кожа на его спине не выдержит и лопнет, и из прорезей покажутся два белых перьевых росточка.

- Здравствуйте, - кивнула тетя Груша в раскрытое окно.

- Здравствуйте, Грушенька, - улыбнулся крылатый старик, и во рту у него блеснули железные зубы. Он смотрел на нас, пока мы не прошли, и поглаживал листочки, разложенные на подоконнике.

- Почему тебя зовут Груша? - спросила я.

- Потому что так ласково, - ответила тетя Груша. - А по-нас-тоящему - я Аграфена.

- Что же здесь ласкового? - удивилась я. - По-моему, очень даже обидно!

Мы прошли мимо зоопарка. Зоопарк был обнесен голубым дере-вянным забором. Тетя Груша взяла меня за руку и хотела что-то рассказать про свое имя, но я вырвалась и побежала к забору - по-смотреть в щель. Тетя Груша остановилась подо

ждать. Зажмурив ле-вый глаз, я припала к щели правым, раскрытым глазом и поняла, что смотрю в клетку. Я увидела мохнатый бок со светло-коричневой шерстью, шерсть была редкой, но длинной, и в просветы виднелась вздутая розовая кожа. Бок отодвинулся, и я разглядела, что он принадлежал старой ламе с воспаленной краснотой в углах глаз и широкими жел-тыми зубами. Она кругами ходила по клетке и разворачивалась ко мне то правым, то левым боком. Правый бок был темным и пушистым, поэтому с правого бока она казалась мне бодрой и молодой, как Натка; левый бок был плешивым и хворым, и поэтому слева она враз превращалась в тетю Грушу.