Мне тесновато в ямбе этом. Мешает Пушкин. Поделом. Коль называешься поэтом, Изволь уметь. Что ж. Перейдем К любовной жизни героини. Ей двадцать лет. Она на мать Похожа. Золотая прядь Лоб древнегреческой богини Украсила. Глаза чисты, Голубизна - рассвет на юге. Величественны и просты Черты лица. Груди упруги. А поступь - лебедя полет. Что ни надень - ей все идет.

В семнадцать, в университете На иностранном факультете, Где каждый забавляться рад, Ей приглянулся гадкий мальчик, Да не понравилось. Скандальчик Был вскоре семьями замят.

Как ни хотелось бедной маме Дитя свое предостеречь, Была не в силах уберечь От артистических компаний Свою любимую Сабину. И ночью белой, ночью длинной Был мост Дворцовый разведенный, Нева, шампанское, простор, И теплый ветер. И влюбленный Лет сорока пяти лифтер Игравший звучно на гитаре Вдруг, в страстном, пламенном угаре Сабине посвятил стихи. Он не был ни большим поэтом, Ни музыкантом. Но! Тем летом Вдруг поскучнели мужики И занялись кто чем. Кто - домом, Кто, тупо, - бегом по утрам, Кто - мелким делом. Всем знакомым Вдруг статло не до томных дам. Цветы? Все бегают посменно. Стихи? Забыли как читать. ....Нельзя никак одновременно Его любить и презирать.

Ну что ж. Ведь он еще не старый, И счастье, что лифтер с гитарой, А не какой-нибудь амбал Что из Крестов вчера сбежал.

Гражданский брак. Таксомотора Рывок. Контора как контора, Но в Питере особый мир. Дворцов там больше, чем квартир. А зал и впрямь похож на бальный.

....Скандал был, точно, колоссальный. Отец в пылу грозил нанять Бандитов, чтобы враз убрать Охальника с лица земли, И - точка. Но потом, печальный, Просил прощения, и был Прощен, и даже подарил В момент души сентиментальный Молодоженам жигули.

Сабина быстро хорошела. Прожив с лифтером-чудаком Четыре года, поумнела. Но и любила, было дело. Но вот однажды вечерком Является она в жилище Что щедрый папа им снимал, И видит - просто пепелище! Разгром отчаянный, развал, И запах.