Ведь чтобы ни было, путаны Не обсуждают Монферана, А просто дядьки в тридцать лет В носке не носят пистолет.

Но - подошли, заговорили, И стали тупо приставать. Путаны молча уходили От разговоров. Те - опять То вдруг за талию берут, То руку на плечо кладут.

Девицы в панике пытались Бежать, да не могли. Кругом Гуляющие улыбались, Смотрели в сторону, стеснялись, И размышляли о своем. Ужасно Сашу разозлил Их мерзкий вид. Обидой кровной Звучали голоса, и рыл Тупых трусливый полк застыл Когда, оскалясь, Саша взвыл И пристававших удивил Вмешательством немногословным Но действенным. Не ожидали Спасения со стороны Девицы. Дружно завизжали И мелкой рысью побежали, А мира темного сыны Остались с Сашей разобраться. Герой мой яростно хрипел, Но скоро сник и присмирел. Не стало сил сопротивляться.

Посыпались удары градом. Герой нездешним, внешним взглядом Понаблюдал со стороны С чуть мазохистким интересом Как были мерзостным процессом Подонка два увлечены, Упал ничком, и видел сны.

Очнулся Саша. Дорогим Парфьюмом пахло. Он, прищурясь, Смотрел на сигаретный дым. Путана рыжая над ним Склонилась, ласково нахмурясь. "Привет", - сказала, - "рыцарь мой. Очухался, малыш." Рукой Вдоль лба холодной провела, Стакан с водою поднесла.

Пригубил. Зубы все на месте. Все кости целы, но болят. Привстал поборник дамской чести И огляделся. Книги в ряд На полках, и окно открыто, Паркет блестит. Он деловито Сел на диване. А она Вдруг засмеялась. "Ну, шпана",Сказала, "как зовут тебя?" Он помрачнел. "Где это я?" Спросил с опаской озираясь. Сабина, мило улыбаясь, "В надежном месте", - говорит, И, раздражаясь, "Как зовут-то?" Но Саша, застеснявшись будто, В ответ решительно молчит.

Бежало в вечер воскресенье. Был бой часов, и ужин был, Отец Сабины за спасенье Героя поблагодарил. Потом она играла Баха, Потом закончила играть.