Блэквуд посмотрел на него вопросительно.

- Однако ведь большую часть денег вы хотите взять все-таки у государства, ведь оно даст пятьсот один миллион из миллиарда, - сказал Серизье. Его задело то, что американец так пренебрежительно отнесся к его возражению. Тон депутата несколько изменился, как если бы кабинету министра-президента неожиданно стала грозить отдаленная опасность.

- Оно даст их раз навсегда... Конечно, с согласия парламента, после обсуждения в демократической машине, мм... - пояснил Блэквуд Нещеретову. Он не помнил фамилии этого русского. Видимо, он обиделся за американские учреждения, которые сам только что ругал. - Потом банком руководит председатель, а отдельными предприятиями их правления.

- Почему же вы думаете, мистер Блэквуд, - мягко спросил дон Педро, почему вы думаете, что служащие вашего банка не станут такими же бюрократами, как государственные чиновники? Ведь они тоже будут получать жалованье...

- По моему проекту все служащие заинтересовываются в прибылях. Но это и не так важно. Ведь каждое отдельное предприятие ведут частные капиталисты, собственники сорока девяти процентов акций. Банк от себя назначает только наблюдателей.

- Это чрезвычайно ценная и оригинальная мысль, - сказал дон Педро. Главное бедствие мира - это теперь недостаток товаров. Война истребила их на долгие десятилетия. Надо удесятерить производство, иначе будет небывалый кризис, который может кончиться всюду так, как у нас.

- Это, конечно, верно, но я не совсем понимаю... - начал Серизье.

"Все-таки они злоупотребляют нашим терпением, - подумала Муся. - Пусть он открывает свой банк, я не возражаю, но я не хочу из-за этого банка умирать от скуки. Экая досада, даром пропадает вечер! А я бы с Серизье поговорила... Непременно приглашу его к нам, что ж, что в первый раз видимся?" - решила она и с удивлением заметила устремленный на депутата взгляд Мишеля Георгеску.