- Так, так... Правильно! - иронически согласился Егор Иваныч. - Еще не скажешь ли чего, матушка Агния Ефимовна? Откедова ты это все вызнала-то, скажи-ко попервее всего?

- А сорока на хвосте принесла...

- А не сказала тебе сорока, чего будет стоить эта игрушка со Спиридоном?

- Тысяч на тридцать можно обернуться...

- А где их взять?

- Яков Трофимыч даст... Дело верное, ежели старец Мисаил одобряет. Не таковский человек, штобы зря говорить.

Егор Иваныч поднялся, прошелся по комнате, остановился около слепого и проговорил сдавленным голосом:

- Дашь, што ли, Яков Трофимыч, ежели дело на то пойдет? Мисаил-то пишет, действительно, того...

- Дать, Агнюшка? - спрашивал слепой.

- Ежели старец Мисаил благословляет, так, известно, дать, - решила Агния Ефимовна. - Ему-то ближе нашего знать...

Егор Иваныч стоял и молча смотрел на мудреную бабу. Ох, велика человеческая слабость, особливо, когда бес прикачнется вот на такой лад, с бабьими лестными словами!.. И сам он то же думал, только не хотел показывать виду, а баба все и вывела на свежую воду, как пить дала...

- А ты бы, Агния Ефимовна, все-таки вышла бы лучше в свою горенку, проговорил Егор Иваныч, выдерживая характер. - Бабье-то "так" пером по воде плавает...

- Не тронь ты ее!.. - взмолился слепой. - Она у меня вместо глаза. Поговорим ладом... Што она, што я - разговор один.

- А ежели не привык я с бабьем разговаривать? Ну, да дело твое. Немощь тебя обуяла, Яков Трофимыч. Оно и взыскивать не с кого... Я это так, к слову пришлось.

Беседа задлилась во флигельке за полночь. Говорил один Егор Иваныч, обсуждая новое дело со всех сторон. Агния Ефимовна все время не проронила ни одного слова, точно воды в рот набрала. В конце концов состоялось соглашение, и старики ударили по рукам.

- По первопутку поеду в тайгу со Спиридоном сам, - говорил Егор Иваныч. - А там, што бог даст...

Агния Ефимовна вышла провожать старика в сени и, стоя на пороге, проговорила: