Когда Халык переехал из общежития в собственную квартиру, он прежде всего купил кровать - красивую деревянную кровать за пятьдесят рублей, тюфяк - за десять рублей и одеяло - за четырнадцать. Но на этой пятидесятирублевой кровати уже не было живописно раскинувшихся красоток, с ним теперь постоянно была только одна девушка. Была, разумеется, в переносном смысле, потому что находилась она далеко, очень далеко...
Как-то раз после утомительного обсуждения плана Халык поймал на себе взгляд начальника, снова ощутив его отеческую заботу. Начальник оглядел брюки Халыка, ботинки и потом сказал со свойственной ему значительностью:
- Знаешь что, парень, пора бы уж тебе две подушки заводить!
Через несколько дней Халык столкнулся с начальником в коридоре.
- Ну что, все болтаешься бесприютный? - бросил Курбанлы, стремительно, как экспресс, проносясь к себе в кабинет. Через несколько минут он вызвал Халыка и завел с ним откровенный разговор.
- Вот что, парень, - сказал Халыку начальник. - Натаскался по шлюхам хватит! Пора остепениться. Одно дело - в такси ездить, другое - в собственной машине.
Халык промолчал - он никогда не пользовался тем "такси", которое имел в виду редактор. А главное - когда Курбанлы заговорил о такси, Халыку сразу представилась машина Курбанлы, и, словно боясь, что начальник тоже увидит эту машину и то, что видел в ней сейчас Халык, он поспешно вышел из кабинета.
А потом наступил день, когда Курбанлы вызвал Халыка в кабинет и без всяких околичностей велел ему написать заявление об отпуске.