Было оно примерно с форточку, да еще намордником прикрыто. Никто не мешал, никто не стрелял. "Третья мировая, что ли, началась? Похоже на то. Это хорошо, может, наших псов на живодерню поотправляют победители-то. С кем, интересно, воюем?" Достань при любом раскладе не собирался брать ружье на плечо во имя Родины. В пищеблоке было полно жратвы, хоть в котле купайся, так что даже не пришлось идти к вахте за собачатиной. Зона была пуста. Достань обошел ее всю, шугаясь на вышки по привычке, но не было там "попок", уехали. Так и есть, шестерых отрицал, его пристяжь -- всех положили, прямо в бараке. Вот паскуды, в других бараках, видимо, то же самое. Джез заглянул в один барак, в другой -- точно так, завалили ребят. Достань скрипнул зубами, но тормозиться для похорон не стал: вечную мерзлоту не продолбишь, а снег все одно весной стает. Надо спешить, ведь и вернуться могут. Или те нагрянут, тоже церемониться не станут. Похаживая да поглядывая, Достань не забывал о главном, то есть о себе: он поменял брюки, рубаху, бушлат, шапку, рукавицы, шарф, прохоря (теплые, меховые, удобные) -не для фасона, для длинного рывка через сельву. Солдатский вещмешок он с разбором набил самым необходимым и полезным: спички, нож, шпалер, сухари, сало, консервы, мясо вяленое, сырая картошка, лук и морковь -- от цинги. Карту -- надо, соль -- к черту, сахар -- к черту, чай -- обязательно, бухло и колеса -- не время, к черту. Зашел он и в спецчасть. Идея захватить документы пришла в голову внезапно, и Достань тотчас ее осуществил: он по цветам наклеек быстро отобрал дела всех отрицал, Ванов и ржавых, сидевших когда-либо ранее на знаменитом пятом спецу, а также офицеров зоны, еще кое-что наобум. Все отобранное под нажим уместилось в железном ящике из-под вытряхнутой канцелярской дребедени, потому что это, собственно, были не оригиналы дел, а их сильно уменьшенные фотокопии, сделанные на тончайшей рисовой бумаге, -- для оперативной работы с документами и докладов наверх. Ключ и замок были здесь же. Достань наложил замок, запер, распрямился перекурить это дело, еще разок все оглядеть. "Тяжеловато будет -- мешок да ящик, -- подумал он. -- А на фига ящик? Запихну все в еще один мешок и баста!"