Он увидел за одним разом столько почтенных стариков [почтенных сед<ых> стариков] и полустариков с звездами на груди, дам так легко, гордо [так легко, вольно] и грациозно [Далее начато: а. казавшихся б. всходивших] выступавших по паркету и сидевших рядами, что растерялся совершенно. И в самом деле, молодые люди в черных фраках были исполнены такого благородства, с таким достоинством говорили и молчали, так не умели сказать ничего лишнего, так величаво шутили, так почтительно улыбались, такие превосходные носили бакенбарды, так искусно умели показывать отличные руки, поправляя галстух [умели выставлять свои зубы и руки украшенные перстнями носи<ли?>] … Там так <дамы> были воздушны, так погружены в совершенное самодовольство и упоение, так умели очаровательно улыбаться, но нечего говорить более, всё клонилось к тому, чтобы совершенно [словом всё со<вершенно> Фраза не дописана. ] … Но толпа обступила танцующую группу. Они неслись, увитые прозрачным газом и <в> плать<ях>, сотканны<х> из самого воздуха, небрежно касались паркета и были более эфирны, нежели если бы вовсе не касались его. Но одна между ними всех лучше, всех роскошнее одета. Невыразимое, самое тонкое сочетание вкуса разлилось во всем ее уборе и как будто она вовсе о нем не заботилась, но оно как бы невольно вылилось само. Она и глядела и не глядела на толпу плясавших и зрителей, прекрасные длинные ресницы опустились и чистая [и стыдливая ее] белизна лица еще ослепительнее [еще ярче] бросилась в глаза, особливо когда при наклоне головы ее легкая тень осенила [при наклоне головы ее осенила] очаровательный лоб. Пискарев продрался [продрался сквозь] ближе. Боже, это она! Она подняла свои полные безграничного и невыразимого блаженства ресницы и глянула своим ясным взглядом. О! как хороша! мог только он выговорить с захваченным почти дыханием. Она обвела своими глазами весь круг [Далее начато: утомлены и не внимате<льно?> на всё], который наперерыв жаждал остановить [жаждал пере<хватить?>] на себе ее взор, но с каким<то> утомлением тихо отвращала его [отвращала свой], с каким-то невниманием опускала его и встретилась с глазами Пискарева.