Да и вся секция - большая коммуналка - жила дружно и мирно. Люди, разные по возрасту, национальности, состоятельности, семейному и социальному положению - все жили одной дружной семьей. На общей кухне стряпали немногие, в основном, квартир шесть, ближе к ней расположенных, либо те, кто готовился к празднику или встрече гостей. да и то: огромную кухонную плиту (два на три) топили исключительно редко. Пищу готовили на стоящих на кухне примусах, керосинках и керогазах. Использовались только кухонные разделочные столы. Что касается жильцов дальних комнат, их примусы и керосинки стояли на табуретках в простенках, между дверьми соседних комнат, прямо в коридоре. Это являлось нарушением правил пожарной безопрасности, но при случавшихся проверках все эти нагревательные приборы незамедлительно оказывались на кухне, как им и пристало. Счет комнат начинался с первой секции, а во второй продолжался с шестнадцатого номера.
В первой комнате направо (по нумерации - семнадцатая) жила небольшая финская семья: муж с женой и дочерью Морькой, Ольгиной ровесницей. Потом они уехали, а их место заняли две одиноких дамы: Маша Куданкова и Нина Однобурцева. Напротив их проживала семья Якубенко, дядя Петя и тетя Поля с тремя сыновьями, друг за другом уходящими и возвращающимися из армии: Вовка, Адик и Юрка. Средний - Адик - был самым серьезным из братьев. Вовка с Юркой были несколько шебутные, но честные хорошие ребята. На Даче Долгорукова их уважали. Якубенки приехали сюда с Кольского полуострова. Дядя Петя часто вел на кухне для окружающих пространные и ностальгические рассказы о далекой северной земле.