Назначение Палкина было так неожиданно, что даже осторожный заводской служака - главный бухгалтер не удержался и недоумевающе спросил:

- Неужели, Николай Порфирьевич, вас управляющим назначили?

- Говорят, что так, - угрюмо буркнул свежеиспеченный заводской властитель.

Правил Палкин, как и следовало ожидать, по-особому. Преобладала быстрота наездов, мгновенная ревизия, "цветок" (так назывался букет похабнейших ругательств) и водка.

Кончилось дело тем, что этот управляющий установил необыкновенно быструю связь с заводами. Расстояние в восемь верст до Верхнего завода покрывалось его тройками в очень незначительный срок. Но этого казалось мало неутомимому заводскому "деятелю", и он загонял одну тройку за другой. Это продолжалось до тех пор, пока окончательно не убедились, что человек просто в длительном припадке белой горячки.

Тогда только решили "сдать" спившегося Палкина в "архив".

ВОРОБУШЕК

После Палкина управляющим был назначен верхнезаводский управитель Иван Чиканцев, по заводскому прозвищу "Воробушек".

Этот был полной противоположностью своему предшественнику.

Очень маленький ростом, который Воробушек старался увеличить каблуками чуть не в четверть аршина, мягкая речь, веселые вороватые глаза, балагурство и вообще признаки "демократического обращения с подчиненными".

Было у Воробушка и образование, хотя не "ахтительное": учился не то во втором, не то в третьем классе классической гимназии. А это среди тогдашних заводских служащих ставилось высоко, - Иван, умевший написать свое имя латинскими буквами, казался уже не простым Иваном, а "человеком с образованием".

В производстве Воробушек, как говорили, "ни шиша не понимал". Но по фабрикам бегал усердно и свою беспомощность умел ловко маскировать. Еще более ловко умел пользоваться всяким случаем, чтобы показать владельцу и рабочим, что заводское дело при нем - Воробушке - процветает.