Захария Фролыч, слабо проклиная себя за слабую же волю, допил до дна. Ну и что, что товарищ отказался? Сейчас не выпил - выпил бы потом. Со стороны Захарии Фролыча - обыкновенное свинство, черная неблагодарность.

- Ты где так махаться выучился? - спросил он вежливо, хотя в действительности, при сложившихся обстоятельствах и ощущениях, истоки боевого мастерства представляли для него второстепенный интерес.

- В десанте, - осклабился Топорище. - Вишь - осталось, не пропало... Я и не так могу.

Будтов помолчал.

- Что же ты... - начал он осторожно и не стал продолжать. Всякое бывает, зачем лезть человеку в душу.

- Срок дали за хулиганку, - объяснил Топорище. - За злостную. Два года как от хозяина. Уменье, говорю, не пропало, а жисть пропала...

- Да, не зарекайся, - вздохнул Будтов. Помолчал, выказывая сочувствие и понимание.

- А, наплевать, - и Топорище высморкался в пальцы. Стряхнув выделение, он заявил: - Давай, земеля, подумаем, как дальше быть.

- Надо переждать, - ответил Захария Фролыч. Ничего другого ему в голову не приходило.

- А потом?

Будтов беспомощно усмехнулся и развел руками.

- Потом... Ты ж их положил?

- А то как же.

- Ну, и все...

- Рано ты успокоился, Фролыч.

Будтов и сам чувствовал, что рано, но после "льдинки" ему сделалось так хорошо и сонно, что любая опасность казалась далекой и несущественной.

- Думаешь, видел кто?

- Что там видел... Даже если и видел... Я про другое.

- Так говори, чего там, - расслабленно промямлил Будтов.

- А чего говорить... Это ты скажи, зачем по тебе стреляли.

- Я почем знаю. Отморозки, вот и стреляли.

- Ну-ну. А Дашку кто поил?

- Ты ж там был, не я.

- Я не был, врешь.

- И я не был.

- Че ты разводишь! - рассердился Топорище.