- Есть пьесы, - примиряюще сказал Иван. - Например, "Недоросль" Фонвизина. Есть "Очерки бурсы" Помяловского. Мировая культура тем и прекрасна, что взаимообогащает народы. И чем лучшие творения ее более национальны, тем выше уровень эмоционального воздействия и весомее вклад в интеллектуальную сокровищницу человечества.
- Пушкин предельно национален, - запальчиво возразил Женя. - И гений! Вряд ли кто решится это оспаривать. Однако, допустим, Байрона знает весь мир, а Пушкина - только Россия. Ну, еще два-три славянских государства.
- Это по существу неверно, - вмешался в разговор Джексон. - То есть, здесь смешивается несколько проблем. И одна из важнейших - качественный перевод. Пушкина знают и в Англии, и во Франции, и в Испании, и в Германии. Да, не так, как Байрона. Смею утверждать - он более национален, чем британец. И сложнее для перевода. Уверен, покорение планеты Пушкиным - лишь вопрос времени.
- Как и рождение гениальных переводчиков, - улыбнулся Иван.
- Кстати, в Америке по-настоящему популярным Александр Сергеевич вряд ли будет даже через сто лет, - Женя оглядел своих коллег хмурым взглядом. Негритянская родословная не позволит.
- Друзья, - Иван жестом предложил всем налить бокалы вина (вином праздничного дня в ресторане "Mon Ami" было марочное бордо урожая двадцать пятого года), - по свидетельствам очевидцев, при штурме Бастилии было освобождено всего шесть заключенных.
- Семь, - упрямо вставил Женя.
Иван хмыкнул, продолжил:
- Тем более. А мы выпили пока только за пять. Генерал, Сильвия, их соплеменники, собравшиеся здесь, могут расценить это как неуважение французской революции. Да здравствует Третья Республика!
- Да здравствует Парижская Коммуна, - негромко сказал Женя и одним глотком осушил бокал. Поняв его тост, Сильвия одобрительно подмигнула: "Charmant!" - и пригубила "Реми Мартин".
Некоторое время спустя, в один из тех "сказочно-счастливых вечеров", которые неспешно протекали в интересных, познавательных для обоих беседах, перемежавшихся походами в кино и милыми домашними трапезами, Сильвия вновь завела разговор о Франсуа Рабле.